ДАГЕСТАН: "ХОЛОДНАЯ" ВОЙНА НА ИНФОРМАЦИОННОМ ФРОНТЕ СТАНОВИТСЯ "ГОРЯЧЕЙ"

Любые значимые события, происходящие в Дагестане, имеют несколько политических аспектов- уровней. Жесткая геополитическая борьба за контроль над Каспийским регионом между сверхдержавами и их сателлитами накладывает свой отпечаток на каждый из этих уровней, превращая каждое событие в уравнение со многими неизвестными. 
Именно таким знаковым политическим событием можно считать покушение на министра по национальной политике, внешним связям и информации Магомедсалиха Гусаева.

Если попытаться разложить это уравнение на простейшие составляющие и вычислить, кому это было выгодно, надо вернуться к событиям 1999 года - агрессии на Дагестан со стороны окопавшихся в Чечне международных экстремистских банд. Тогда именно Миннац стал тем идеологическим центром республики, где наряду с "горячим" фронтом проходила невидимая "холодная" информационная линия фронта. Отсюда координировалась деятельность всех здоровых сил общества, единодушно выступивших против насильственного отторжения Дагестана от России и погружения в кровавое средневековье. Вахаббитам впервые был дан бой не только силой оружия, но и силами мирового информационного пространства. Поэтому некоторые в первый же момент после покушения поспешно связали его с местью затаившихся вахаббитов. 
Эта версия, конечно, тоже имеет свои основания, но, учитывая политические события, происходившие в республике недавно, более вероятными представляются другие.

Республика вступает в полосу предвыборных потрясений. Причем, официальный старт гонке был дан на недавней сессии Парламента РД, когда депутатам напомнили смысл пояснения к закону о выборах. В соответствии с этим пояснением одно и то же лицо не может избираться на высший пост в республике более двух раз. Но закон, принятый в 1998 году не имеет обратной силы, то есть, нынешний срок главы Госсовета соответственно считается первым. Между тем, в республике полным ходом идет формирование предвыборных группировок и альянсов. Многонациональность республики означает, что с приходом к власти другой этнополитической группировки неизбежен крупный передел власти, собственности и портфелей. Пикантность ситуации придает момент появления новых сил. Если раньше можно было отчетливо выделить три этнические группировки, соответствующие правящей триаде, то сейчас условия конкурса ужесточаются, а традиционный треугольник может легко разбиться на многоугольник. Наиболее жаркая схватка, естественно, произойдет между фаворитами, но восточная мудрость предупреждает: когда дерутся два тигра, выиграть может и обезьяна, наблюдающая за схваткой.

При наличии столь сложного политического расклада и жестких условий конкуренции контроль над информационным полем приобретает особо важное значение. Кстати, первые "холодные" залпы этого поединка также прозвучали именно на информационном поле. Уже можно говорить о том, что одна из группировок идет во власть с готовой сформировавшейся идеологией, предусматривающей коренной пересмотр дагестанской истории. Суть его заключалась в том, что из истории незаметно изымалось все положительное, связанное с вхождением Дагестана в состав России, выбрасывался весь советский период, отрицались или замалчивались факты добровольного перехода большинства дагестанских обществ и ханств в российское гражданство, стержневым же моментом истории предлагалось считать непрерывную Кавказскую войну, этапами которой объявлялись и революция и гражданская война, выступления отдельных предателей в ходе Отечественной войны и последним логическим звеном, хотя и умалчиваемым после 1999 года по понятным причинам, становилась чеченская война. Новая "история" была целиком ориентирована на некоторую часть северокавказской эмиграции в Турции, которая во все времена работала на любые антироссийские или антисоветские силы от Антанты до Гитлера. Естественно, эта идеология направлена на переориентацию Северного Кавказа и Дагестана на отрыв от России. "Дагправда" уже писала о том, какое количество газет и журналов, включая "Зов предков", "Ахульго" и некоторые другие работали на внедрение этой идеологии и новой "истории" в сознание дагестанцев. Естественно, что это и не вполне политкорректная деятельность некоторых протурецких организаций не могли не вызвать обеспокоенности у дагестанской исторической и журналистской общественности. На проведенном по инициативе Миннаца "Круглом столе" по проблемам истории была дана соответствующая оценка тем, кто под видом реабилитации безвинно обвиненных в измене и восполнения "белых пятен" истории пытается переписать историю Дагестана и поставить под сомнение исторический выбор в пользу нахождения в составе РФ, неоднократно подтвержденный всеми дагестанскими народами в течение прошедшего столетия.

То, что именно вслед за разоблачением этой серьезной подрывной работы, ведшейся в течение последних десяти лет на страницах подконтрольных СМИ, некими силами пытающимися привести к власти в Дагестане группировку, ориентированную на постепенный выход республики из состава России, "холодная" информационная война перешла в "горячие" теракты против политиков, известных своей пророссийской ориентацией, очевидно, не случайна. Не исключено, что в ходе расследования будут выдвигаться разные версии, но в Дагестане еще со времени теракта в Каспийске помнят, что самая смертельно опасная профессия в республике - это защита государственных интересов России. Мы даже на информационном фронте защищаем государственную границу.

Мы - южный форпост России.

© Гурия Мурклинская, www.dagpravda.ru